НЕЗАВИСИМЫЕ МУЗЫКАЛЬНЫЕ РЕВЬЮ ВЫПУСК 086 / 2026✳︎СЛУШАЕМ НОВОЕ
АРХИВАрхив Telegram: опубликованные рецензии перенесены с сохранением оригинального текста. Обложки и недостающие данные ещё добавляются.
АЛЬБОМЫ ✳︎ 2026

Troye Sivan — She’s the Best

Troye Sivan — She’s the Best
DUHOVNOE LICO / АЛЬБОМЫ
АРТИСТTroye Sivan
ЖАНРPop/ Dance-Pop/ House
РЕЛИЗ2026
ПУБЛИКАЦИЯ2026-10-09

Трой Сиван записал альбом о желании быть любимым, но большую часть хронометража потратил на очередное доказательство того, насколько сильно он любит секс. На четвертой пластинке She’s the Best музыка от Джека Антоноффа и Джорджа Дэниела оказывается куда увлекательнее самого артиста, который снова прячет экзистенциальную пустоту за громкими именами женщин-покровительниц и эротическими клише.

Существует своеобразная категория поп-артистов, чье культурное влияние заметно превосходит их непосредственные музыкальные достижения. Они не сходят со страниц глянцевых журналов, снимают дорогие клипы, вращаются в окружении главных звезд сцены и постепенно превращаются в нечто большее, чем просто музыканты. Трой Сиван — один из самых показательных примеров такого рода: его карьера строится не вокруг самой музыки, а вокруг ее впечатления. Это герметичный поп-пузырь, где смешались мода, сексуальная репрезентация и непрерывное производство визуальных образов, которые почти всегда оказываются интереснее того, что он пытается сказать в песнях. И если предыдущий релиз Something to Give Each Other хотя бы держался за счет последовательного стремления соединить квир-сексуальность с танцевальным попом, то новая пластинка She’s the Best оставляет обескураживающе заурядное впечатление: Сиван собрал вокруг себя первоклассных музыкантов, но так и не придумал, зачем ему все это.

Четвертый студийный альбом выходит спустя три года после Something to Give Each Other, совместного тура SWEAT с Charli XCX и окончательного закрепления Сивана в статусе одной из главных фигур квир-попа. Судя по интервью, за это время он пережил непростой период внутренних противоречий: на сцене артист чувствует себя желанным и уверенным в собственной привлекательности, тогда как за пределами гастролей раз за разом упирается в связи на одну ночь. Сексуальная эйфория сменяется тоской по близости, а бесконечные вечеринки оборачиваются не праздником жизни, а неуклюжей попыткой заглушить экзистенциальное одиночество. Звучало это как многообещающая концепция для автора, годами делающего собственную сексуальность главным творческим инструментом — вот только между намерением рассказать о сложных чувствах и способностью их выразить по-прежнему лежит пропасть.

К записи привлекли внушительную команду продюсеров и соавторов, включая Джека Антоноффа, Джорджа Дэниела из The 1975, Styalz Fuego и Лиланда, а часть материала собиралась в Лос-Анджелесе вместе с братом Троя Тайдом Леви. Столь пестрый состав объясняет стилистическую разноголосицу пластинки: здесь соседствуют отголоски хауса девяностых, британской клубной электроники, гитарного инди-попа, шугейза, драм-н-бейса и той специфической ветви экспериментального попа, которую за последние годы практически приватизировало окружение Charli XCX. Порой эти элементы вступают в любопытные сочетания, но куда чаще возникает чувство, что Сиван примеряет чужую музыкальную идентичность, не слишком задумываясь, насколько она вообще с ним созвучна.

При этом открывающая «She’s the Best» оказывается на удивление приятной композицией с отзвуками поп-музыки рубежа девяностых и нулевых — трек развивается естественно и не пытается насильно поразить слушателя резкими сменами курса. Однако даже здесь не отпускает ощущение, что Трой слишком пристально подсматривал за своей подругой. Дело не только в продюсировании ее мужа Джорджа Дэниела или появлении самой Charli в финале, а в самой манере подачи — небрежной разговорной интонации с повторяющимися фразами и ленивым кокетством. Чарли органично вросла в собственную харизму на глазах у публики, тогда как в исполнении Сивана та же ухмылка напоминает зазубренный параграф на уроке истории в седьмом классе.

Следующая «Canada Dry» продолжает танцевальную линию на территории мягкого балеарского хауса и клубного попа конца восьмидесятых, который в свое время неоднократно переосмысляла Мадонна. Музыка точно передает атмосферу затянувшегося летнего вечера, где физическое влечение вытесняет любые разговоры на кухне — и все работало бы отлично, не дополни Трой аранжировку настолько нелепым текстом, что воспринимать его всерьез невозможно. Герой предлагает партнеру подойти ближе, объявляет, что теперь они наконец делают все правильно, и обещает выпить его тело досуха, обыгрывая название газировки Canada Dry. По задумке это должно звучать игриво и соблазнительно, но на деле оборачивается набором неловких эротических штампов. Поп-музыка действительно давно стала школой телесной откровенности: та же Мадонна, служащая для Сивана ролевой моделью, превращала секс в инструмент провокации, контроля и разговора о власти. У Троя же желание ни во что большее не перерастает.

В треке «Party» ситуация приобретает откровенно катастрофический масштаб. Композиция построена вокруг сэмпла из «Music» Мадонны, но вместо изобретательной работы с первоисточником слушатель получает три с лишним минуты монотонного перечисления локаций, где герой готов устроить вечеринку: в парке, в кустах, под мостом, в ресторане, в клубе, дома. Складывается впечатление, будто Сиван попросил нейросеть сгенерировать список существительных и зачитал его под танцевальный бит. Сам артист объясняет такую цикличность попыткой передать ощущение бесконечного рейва, где одна точка плавно сменяет другую, но разница подходов очевидна: у Charli XCX повторение работало на расшатывание поп-формы и нарастающее напряжение, а у Троя превращается в безэмоциональное бубнение бота. Не спасает положение и клип Гордона фон Штайнера, снятый в английском замке при участии Иэна Маккеллена: за средневековыми костюмами, роскошными интерьерами и откровенными телами не просматривается ни одной самостоятельной мысли — это помпезная модная съемка, притворяющаяся концептуальным искусством, что выглядит особенно комично на фоне сэмпла артистки, чей эпатаж всегда бил в конкретные культурные и политические точки.

«I Do This for You» продолжает эксплуатировать ту же механику: бесконечные повторы отдельных слов, рваный вокал и попытка слепить гипнотический хук из элементарных фраз, тогда как богатые электронные текстуры вполне могли бы обойтись без участия самого певца. Следом идет «Cowboy», окончательно очерчивающая скромные границы местной фантазии: лирический герой оказывается на коленях перед мужчиной и рассуждает о том, насколько тот сладок, под мягкую, почти сентиментальную аранжировку. Композиция звучит как песня Гарри Стайлза, из которой выбросили все романтические метафоры и заменили их буквальным описанием орального секса — комический эффект здесь налицо, хотя сам Сиван, похоже, совершенно не замечает собственной нелепости.

На этом фоне заметно выигрывает «Embarrassingly», где артист наконец переключается с физиологии на ее эмоциональные последствия: образ бывшего партнера продолжает жить в воображении после расставания, а спокойная подача в обрамлении камерного попа доказывает, что Сиван вполне способен существовать в кадре без эпатажа.

Песня «Le Boy» вскрывает еще одну слабость пластинки — привычку наскоро заимствовать узнаваемые ходы альтернативного попа. Попытка зайти на территорию Mk.gee с расфокусированными гитарами и голосом, тонущим в миксе, выливается в утомительное трехминутное мычание, которому критически не хватает вокальной фактуры. Зато «Sex Star» неожиданно оказывается одной из самых убедительных вещей на диске за счет точного взаимодействия синтезаторов и ритма — даже несмотря на очередную фантазию о руках, связанных над головой. Артист, безусловно, вправе петь о любых желаниях, но в 2026 году сама по себе сексуальная откровенность давно перестала быть ни вызовом, ни прогрессивным жестом: провокация требует конфликта и контекста, а в исполнении Сивана очередное признание в готовности заняться сексом производит примерно такое же впечатление, как дежурный разговор о погоде.

С треком «Troye Meets World» запись резко ускоряется, заходя в драм-н-бейс и современную британскую танцевальную сцену в духе PinkPantheress. Быстрые ударные придают альбому долгожданный нерв, и даже известно, что Джек Антонофф привлек к записи живую духовую секцию, но все продюсерское богатство снова разбивается о неловкие сексуальные образы. В «FF» фиксация на плотских утехах доходит до абсурда: описания пота и бесконечного контакта вдруг соседствуют с неуклюжими сравнениями с бетоном, сталью и архитектурой, призванными придать банальной сцене поэтический вес.

Справедливости ради, на диске все же находится композиция, где форма и содержание наконец совпадают. «Love So Big It Hurts» — единственный эпизод альбома, бьющий в живую цель: здесь Сиван говорит об эмоциональном опустошении, возвращается домой, складывает простыни, готовит, убирается и не может нащупать самого себя в этих бытовых действиях. Впервые за весь хронометраж перед слушателем предстает не просто тело в череде случайных связей, а обычный парень, не умеющий справляться с одиночеством. Финальная «Lost Time» при участии Лили-Роуз Депп пытается закрепить эту человеческую силу в обращении к идеальному партнеру, которого певец еще даже не встретил — с мечтой отказаться от бесконечной гонки и просто остаться дома. После сорока минут вечеринок и превращения собственного тела в бездушный манекен это простое желание звучит трогательно, пусть и не тянет на грандиозный финал.

Отдельного внимания заслуживает сам концепт She’s the Best, выстроенный вокруг женщин, рядом с которыми Сиван чувствовал себя в безопасности за пределами традиционно маскулинной среды. Заглавная песня задумана как благодарственное письмо, а Николь Кидман, Charli XCX, Мадонна и Лили-Роуз Депп выступают в роли покровительниц, подчеркивающих значимость женского сообщества. Историческая связь между квир-эмансипацией и женскими движениями неоспорима, однако здесь она превращается в сплошную декорацию: Трой примеряет женские образы на уровне обложки и промо, тогда как само содержание пластинки целиком замкнуто на мужчинах и его собственных интрижках. В этом считывается скорее коммерциализация квир-эстетики, из которой выветрилась потребность говорить о чем-то по-настоящему важном. Показательно и то, что релиз сопровождается подробным авторским комментарием к каждой песне: если для считывания эмоциональной сложности трека требуется предварительная инструкция, значит, сама музыка с этой задачей не справилась — тем более что для признания в любви к сексу и тоске по нормальным отношениям вовсе не нужно записывать двенадцать песен с пояснительной бригадой.

Самое ироничное во всей этой истории в том, что Джек Антонофф, чье имя давно стало синонимом вездесущего поп-конвейера, оказывается здесь наименьшей проблемой: местами продакшн действительно звучит свежо, фактурно и смелее привычного радиоформата. В конечном счете She’s the Best куда интереснее разбирать как симптом современной поп-культуры, чем просто слушать. Альбом замахивается на актуальный конфликт между внутренней свободой и необходимостью постоянно выставлять ее напоказ, но застревает на уровне поверхностных наблюдений.

За вычетом приятной заглавной песни, крепкой синтезаторной «Sex Star» и по-настоящему пронзительной «Love So Big It Hurts» треклист сливается в однообразный поток утомительных сексуальных подробностей. Сиван настолько увлечен демонстрацией собственной раскрепощенности, что не замечает, насколько однообразным стало его художественное высказывание: он меняет партнеров, жанры, прически, наряды и продюсеров, но год за годом рассказывает о себе одними и теми же словами — и то, что когда-то работало как смелая репрезентация, окончательно превратилось в безопасный маркетинговый шаблон.

ОЦЕНКА
3.5/ 10
К АРХИВУ ↗